В течение 2020 года, несмотря на негативное влияние пандемии COVID-19, заинтересованность ведущих стран мира и лидеров мировой энергетической отрасли в использовании водорода как энергоносителя выросла. Так, ЕС, Индия и Канада приняли государственные стратегии по водороду, а такие важные игроки энергетического рынка, как компании Shell, Saudi Aramco, ExxonMobil инициировали разработку планов по закреплению на перспективном мировом рынке водорода.
Водород имеет значительный потенциал для транспортировки и хранения энергии, но одновременно и существенные технологические ограничения. Прежде всего, водород рассматривается как средство устранения функциональных недостатков других альтернативных источников энергии, а также, как перспективный энергетический ресурс для ряда стран (например, Японии), где определенные варианты декарбонизации имеют ограниченное использование.
По мнению наших экспертов, особенностью экономического кризиса в Словакии, развивающегося на общем фоне рецессии мировой экономики и пандемии заболевания COVID-19, является значительная зависимость небольшой по размеру, открытой словацкой экономики от экспортных поступлений в области промышленного производства, прежде всего, автомобилестроения.
По мнению наших экспертов, базовый сценарий дальнейшего развития экономической и эпидемиологической ситуации в Словакии предусматривает, что текущая вторая волна заболеваемости населения COVID-19 будет длиннее весенней и продлится с конца III квартала 2020 года до середины II квартала 2021 года. Экономические потери словацкой экономики по результатам текущего года могут составлять от 8 до 11% ВВП.
Проект государственного бюджета Словацкой Республики на 2021-2023 годы, разработанный министерством финансов, был утвержден на заседании словацкого правительства 14 октября 2020 года и проходит процедуру принятия соответствующего закона в парламенте. Документ содержит элементы экономического прогнозирования и фискального планирования государства в условиях экономического кризиса, который развивается в ЧС на общем фоне рецессии мировой экономики и пандемии вируса COVID-19.
Сразу же после наступления сильного отрицательного события (какова бы ни была его природа) прогнозы аналитиков резко ухудшаются. Обычно это ухудшение соответствует предельно пессимистическому сценарию. Но, к счастью, предельно пессимистические, как и предельно оптимистические сценарии на практике реализуются редко. Не стала исключением и пандемия коронавируса, разыгравшаяся в России весной 2020 года. По мере адаптации экономики к новым условиям (и по мере накопления статистики!), — приходит понимание истинного масштаба проблем. И сейчас уже стало понятно, что нынешние проблемы российской экономики серьезны, но катастрофой не являются.
В среднесрочной перспективе, достигнув высокого уровня взаимосвязанности национальной ГТС с соседними странами и магистралями поставки природного газа, Словакия может предложить услуги транспортировки газа по всем направлениям (север-юг-восток-запад) через свою территорию, диверсифицировав при этом источники его происхождения. В течение ближайших 10 лет природный газ сохранит свое важное положение в энергетическом балансе Евросоюза и будет поддерживать тенденцию развития низкоуглеродной экономики.
Особенностью экономического кризиса в Словакии, развивающегося на общем фоне рецессии мировой экономики, является наибольшее падение промышленного производства среди стран-членов ЕС. По состоянию на июнь 2020 года словацкое промышленное производство сократилось на 33,5% по сравнению с соответствующим периодом прошлого года.
Главным инструментом балансировки государственных финансов и стабилизации ситуации в экономике Словацкой Республики предполагается использование средств фондов помощи ЕС.
Обвал нефтяных цен и последующее сокращение добычи нефти в рамках сделки ОПЕК++ сильно ударили по доходам российского бюджета. Введенные ограничения в рамках борьбы с коронавирусом остановили работу сферы услуг и почти всей не продовольственной торговли. Это сочетание (падение доходов и блокировка торговли) привело к очень необычному характеру нынешнего кризиса: одновременному шоку и спроса, и предложения. Такое случилось впервые, и аналогов этому в постсоветской истории нет.
Необычное сочетание (падение и спроса, и предложения), помноженные на общую нервозность населения в начале пандемии, породило шквал апокалиптических прогнозов.
В 2020 году наблюдаются значительные изменения в польской энергетике, которые, по оценке наших экспертов, будут иметь долгосрочный эффект на энергетическую политику Польши в ближайшие 5-10 лет.
После формирования нового польского правительства М.Моравецкого, были представлены основы энергетической политики, а также планы реформирования энергетических предприятий и развития новых отраслей энергетики. В рамках реализации общеевропейской политики декарбонизации экономик стран-членов ЕС, Польша пытается максимально использовать финансовые ресурсы соответствующих еврофондов, а также провести мероприятия по укрупнению энергетического бизнеса под контролем правительства.
