Июль 16, 2020 (09:41)

Обзор состояния российской экономики 2020_06

Сергей Хестанов — российский экономист, доцент “Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ”, советник по макроэкономическим вопросам генерального директора московской инвестиционной компании “Открытие Брокер”.

 

 

 

Обвал нефтяных цен и последующее сокращение добычи нефти в рамках сделки ОПЕК++ сильно ударили по доходам российского бюджета. Введенные ограничения в рамках борьбы с коронавирусом остановили работу сферы услуг и почти всей не продовольственной торговли. Это сочетание (падение доходов и блокировка торговли) привело к очень необычному характеру нынешнего кризиса: одновременному шоку и спроса, и предложения. Такое случилось впервые, и аналогов этому в постсоветской истории нет.

 

Необычное сочетание (падение и спроса, и предложения), помноженные на общую нервозность населения в начале пандемии, породило шквал апокалиптических прогнозов. По динамике ВВП России прогнозы доходили до спада 10..13%, по безработице — до 10..15(!!)%. Однако, апокалипсис не случился. Некоторые отрасли понесли тяжелые потери, некоторые предприятия  обанкротились, и безработица выросла. Но, по состоянию на конец II квартала 2020 года, в масштабах всей экономики России, потери оказались куда меньше, чем ожидалось в апреле этого года. Текущий прогноз падения российского ВВП за 2020 год — 5..7%. Тоже немало, но точно не катастрофа.

 

Как ни странно, но российской экономике сильно помог ее стратегический недостаток: высокая степень огосударствления (до 70%) и жесткая (временами — чрезмерно жесткая) бюджетная политика. То, что замедляло рост экономики России — притормозило и ее падение. Интрига на нефтяном рынке сохраняется, но уже просматривается базовый сценарий для российской экономики: низкие темпы роста (стагнация) на новом, более низком по сравнению с февралем 2020 года уровнем. Уровень падения ВВП, на котором настанет стабилизация, определится по мере балансировки нефтяного рынка (и самое главное — объема российского экспорта в долларах США). На это уйдет 2..3 квартала (если не будет сюрпризов в виде обострения пандемии и/или ужесточения санкций).

Рис 1. Темпы ежеквартального роста ВВП России, в годовом выражении

 

К марту 2020 года экономика России подошла в условиях стабильной стагнации (см. Рис 1.). С 2008 года, несмотря на все взлеты и падения, темпы роста ВВП медленно, но верно снижались. Это связано с тем, что сама российская экономическая модель — модель восстановительного сырьевого роста, себя исчерпала. Примечательно, что темпы роста российской экономики к весне 2020 года были ниже мировой экономики. Такое положение вещей возникло вследствие плохого бизнес-климата, избыточного регулирования и высокой коррупции. Пока цены на нефть (и другое сырье) быстро росли, — быстро росла и российская экономика. Как только сырьевые цены прекратили рост — российская экономика вошла в стагнацию. Сама по себе стагнация не очень страшна — в таком состоянии Россия может пребывать достаточно долго, но ситуация существенно осложнилась вследствие резкого падения цен на нефть, начиная с марта 2020 года и существенного снижения экспортных доходов (после сделки ОПЕК++ и сокращения добычи нефти, только в апреле 2020 года, доходы сократились на 6 миллиардов долларов США). Месячные данные не являются достаточно репрезентативными и обоснованно оценить финансовые потери можно будет не ранее, чем будут подведены итоги II квартала.

 

На этом фоне удивительным выглядит отказ правительства России секвестировать бюджет и необычно крепкий валютный курс рубля. И в 2008, и в 2015 году девальвация рубля и сокращение расходов бюджета были проведены быстро и решительно. Пока же эти горькие, но необходимые меры явно запаздывают. Причин такого поведения может быть две:

 

1. Высшее руководство страны твердо убеждено в быстром отскоке нефтяных цен. Настолько убеждено, что готово тратить резервы, но не идти на непопулярные меры.

 

2. Непопулярные решения отложены до прохождения голосования 1 июля 2020 года по изменениям к конституции.

 

Традиция откладывать непопулярные меры до прохождения “красных дат” — историческая традиция. Вполне возможно, что после 2 июля россиян еще ждут неприятные сюрпризы. В любом случае, если нефтяной рынок не восстановится быстро — непопулярные решения принимать придется. Но, пока накопленные резервы настолько велики (570 миллиардов долларов США), что можно еще долго “покупать время”, откладывая дальнейшие антикризисные меры.

 

Традиционно, помощь российского государства и бизнесу, и гражданам была очень скупой. Единственная действенная и экономически оправданная мера — выплаты семьям с детьми, поскольку 80% малоимущих это семьи с детьми. Кредитные каникулы для граждан пока не достаточно доступны — банки не торопятся их предоставлять и поэтому де-факто саботируют их выдачу.

 

Обещанные льготы по налогам и аренде оказались почти бесполезны. В условиях отсутствия выручки и прибыли, льгота по налогу на прибыль осталась не востребованной, а по НДС (налог, который администрируется максимально эффективно и который платят все) государство льгот не дает. Многих налоговых льгот предприятия откровенно опасаются: можно впоследствии получить серьезные штрафы. Некоторую прямую помощь получили предприятия критической инфраструктуры: аэропорты и авиакомпании. Вряд ли выживут все авиакомпании, но коллапса отрасли, скорее всего, удастся избежать.

 

В основном же отношение государства к частному бизнесу (за очень редким исключением) напоминает отношение к полевым цветам: хорошо, если они есть и радуют глаз. А если засохнут — ничего страшного, вырастут новые.

 

По состоянию на конец июня 2020 года, уровень недовольства граждан остается умеренным и протестная активность очень невелика. Единственный значимый инцидент произошел во Владикавказе, но он был быстро купирован. Тем не менее, рейтинг президента снижается, и это вызывает серьезное беспокойство, в том числе и среди представителей власти.

 

Возможно, именно этим объясняется принятие крайне спорных поправок к конституции и откровенно непонятное с юридической точки зрения “волеизъявление”. Этим же объясняется и высокая активность пропаганды (открытие неоднозначного храма Минобороны с фуражкой Гитлера, грандиозный парад и т.п.).

 

Однако продолжающееся с 2014 года падение доходов граждан медленно, но уверенно подрывает популярность первого лица. Партия власти (“Единая Россия”) непопулярна настолько, что некоторые ее члены баллотируются на губернаторских выборах как самовыдвиженцы! Пару лет назад это невозможно было представить. Тем не менее, последовательное подавление любой несистемной политической активности, даже самой невинной, привело к полному! отсутствию политической конкуренции. Это не позволяет социальному недовольству привести к каким-либо изменениям политического характера.

 

Возможно, пандемия и индуцирует некоторые изменения в поведении граждан: общий градус нервозности сильно вырос, а рост безработицы еще более его накалит. Тем более что самая пострадавшая сфера бизнеса — сфера услуг, сконцентрирована в больших городах. И прирост безработных будет, в основном, в мегаполисах. В то же время, на текущий момент, рост безработицы явно недостаточен для нарушения социальной стабильности.

 

Основную тяжесть борьбы с экономическим кризисом несут Минфин и Центробанк РФ. Минфин сделал свою работу ранее: жесткой бюджетной политикой сформировал профицитный бюджет и способствовал наращиванию международных резервов. В свою очередь, ЦБ просто применял бюджетное правило — при цене нефти свыше 42,40 долларов США за баррель покупал валюту, при цене ниже 42,40 — продавал ее, компенсируя выпадающие доходы бюджета.

 

В дополнение к этому, российский Центробанк смягчил некоторые нормы для банков. Банки почувствуют основной удар кризиса к концу III квартала 2020 года, когда подрастет безработица и вырастет доля проблемных кредитов. При таком развитии событий регулятору придется оказывать финансовую помощь некоторым банкам. По имеющейся информации, ЦБ уже готов к такому сценарию.

 

Монетарные власти России действуют в стиле классического монетаризма, и в 2008 и 2015 годах этот подход показал хорошую эффективность. Генералы всегда готовятся к прошедшей войне. Поэтому никаких принципиальных изменений в борьбе с этим кризисом ждать не стоит.

 

В то же время, не стоит забывать и о том, что падение цен на нефть на год-два нынешняя российская экономика, вне сомнения, переживет легко. В то же время, с большой долей вероятности можно утверждать, что если период низких цен на нефть продлится дольше или же будут введены жесткие экономические санкции (по типу иранских) — Россию ждут большие перемены.

Горячие Новости

Перспективы усиления позиций Словакии на рынках природного газа стран Центральной и Восточной Европы

25-05-2020
Новое словацкое правительство во главе с премьер-министром И.Матовичем (Igor Matovič) продолжает энергетическую политику предыдущего правительства ...

Правительство утвердило «Программу стабильности Словакии на 2020-2023 годы»

25-05-2020
Наши эксперты проанализировали "Программу стабильности Словацкой Республики в 2020-2023 годы" (Program stability Slovenskej republiky na ...

Каковы приоритеты энергетической политики Польши?

11-06-2020
В 2020 году наблюдаются значительные изменения в польской энергетике, которые, по оценке наших экспертов, будут ...

Обзор состояния российской экономики 2020_06

16-07-2020
Сергей Хестанов — российский экономист, доцент “Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте ...
Читать больше