По итогам участия Cepconsult s.r.o. 18-19.11.2019 г. в международной

конференции Central European Energy Conference 2019 в Братиславе.

 

 

В течение ближайших 3-5 лет основные усилия регуляторов европейского энергетического рынка будут направлены на развитие и модернизацию инфраструктуры рынка электроэнергии, которая определяется приоритетным среди других видов энергии (механическая, химическая, тепловая, ядерная).

Представители европейских правительственных и коммерческих профильных структур считают, что ЕС в полной мере учел негативный опыт газовых кризисов 2009 и 2014 годов и в случае прекращения поставок российского газа через украинскую газотранспортную систему после 01.01.2020 года подготовлен к «безболезненному» прохождению зимнего сезона с последующей переориентацией на обходные по отношению к территории Украины газотранспортные проекты.

 

Так, представитель польской стороны, директор подразделения развития газового рынка государственной компании GAS-SYSTEM S.A. Славомир Сиерадзкий (Slawomir Sieradzki) считает, что в настоящее время для Польши «дата 01.01.2020 уже не важна, Польша с нетерпением ожидает 2022 года, когда заканчивается контракт с» Газпромом», который продлен не будет.»

 

Польская государственная компания GAS-SYSTEM S.A. основана в 2004 году как дочернее предприятие PGNiG (Polish Petroleum and Gas Mining Co.), является оператором всех газотранспортных сетей Польши за исключением газопровода «Ямал-Европа», принадлежащей EuRoPol Gaz S.A. (48% в собственности «Газпрома»). Компания также ответственна за строительство СПГ-терминала в Свиноуйсьце и газопровода Baltic Pipe между Польшей и Данией.

 

Представитель чешской стороны, сотрудник неправительственной организации Association for International Affairs (г. Прага), Томас Юнгвирт (Tomas Jungwirth) считает, что «нет необходимости подписания нового контракта между «Газпромом» и «Нафтогазом».

 

Генеральный директор словацкой национальной газотранспортной компании Eustream a.s. (51% принадлежит министерству энергетики Словакии) Растислав Нукович (Rastislav Nukovic) считает, что «Россия, Украина и ЕС могут договориться, однако с приближением момента запуска в эксплуатацию «Северного потока-2» окно возможностей «исчезает».

 

В настоящее время российский газ в ЕС считается важным ресурсом природного газа, который, согласно подходам европейской стороны, в среднесрочной перспективе останется одним из основных источников энергии для электрической генерации и средством балансирования нестабильных возобновляемых источников энергии (ВИЭ), доля которых в соответствии с нормативными документами «Энергетического союза» до 2030 года должна достичь 32%.

 

Программный документ – стратегия «Энергетического союза» (Energy Union), опубликованный в феврале 2015 года, является приоритетным программой Еврокомиссии по реформированию европейской энергетической отрасли, направленной на создание эффективного, интегрированного, инновационного и декарбонизованного энергетического рынка ЕС.

 

Целями программы являются, прежде всего, уменьшение выбросов СО2 на 43% в рамках ETS-сектора и на 30% за пределами ETS-сектора по сравнению с 2005 годом (ETS — Emissions Trading System, система торговли выбросами, введенная в ЕС в 2005 году, которая включает в себя энергетику и отопление, энергоемкие сектора экономики и предусматривает значительные штрафы за превышение приобретенных квот на выбросы), достижения 32% доли ВИЭ и 32,5% доли энергоэффективности энергетической отрасли ЕС до 2030 года (в настоящее время эти показатели оцениваются на уровне 20 %) и углеродистой нейтральности европейской экономики до 2050 года. М.Шевчович считает такую ​​реформу «глубокой модернизацией со времен второй индустриальной революции».

 

Главными направлениями действий по достижению целей «Энергетического союза» определены следующие:

1) Реализация десятилетних национальных планов действий в области энергетики и климата (National Energy and Climate Plan, NECP), прежде всего по модернизации экономики и промышленности, окончательные версии которых страны-члены ЕС должны согласовать с Еврокомиссией до конца 2019 года (на период 2021-2030 годов)

2) Обеспечение надежного и безопасного снабжения всех видов энергии путем развития энергетической инфраструктуры, прежде всего газовых интерконнекторов, подземных хранилищ природного газа, СПГ-терминалов, электросетей;

3) декарбонизация транспорта.

 

 

По словам директора департамента энергетики и природных ресурсов министерства экономики Словацкой Республики Мирослава Ярабека (Miroslav Jarabek), национальный план действий в области энергетики и климата (NECP) предусматривает к 2030 году уменьшение выбросов СО2 на 53% в рамках ETS-сектора и на 20% за пределами ETS-сектора (по сравнению с 2005 годом), достижение 19,2% доли ВИЭ и 30,3% доли энергоэффективности энергетической отрасли.

 

В то же время, по состоянию на 2020 год ожидаются следующие показатели: доля ВИЭ в общем энергетическом балансе страны на уровне 14%, энергоэффективность энергетической отрасли — до 20%, выбросы СО2 за пределами ETS-сектора могут увеличиться на 13% (по сравнению с 2005 годом).

 

В настоящее время общий энергетический баланс Словакии состоит: 24,4% — природный газ, 22,8% — нефть, 22,2% — атомная энергия, 19,9% — угля, 10,7% — ВИЭ. В производстве электричества доля генерации АЭС составляет 55%, ВИЭ — 23%, ископаемые виды топлива — 22%.

 

В период до 2030 года правительство Словакии прогнозирует крупные инвестиции в области ВИЭ — до 47,4% (термальная энергетика — 14,3%, атомная — 38,3%), что может увеличить производительность ВИЭ до 35,2% (термальная энергетика — 26,2%, атомная — 38,6%).

 

Проблемным вопросом достижения определенных правительством целей предполагается трансформация угледобывающего региона страны — Нитра. Несмотря на принятое еще в декабре 2018 года соответствующее решение правительства и план действий, разработанный в июне 2019 года, система субсидий для производителей электроэнергии из местного угля может заработать только в 2022 году.

 

 

По словам заместителя директора департамента электроэнергетики и отопления министерства энергетики Польши Вальдемара Лагоды (Waldemar Lagoda), стало известно, что польский NECP, согласованный с энергетической стратегией Польши до 2040 года, предусматривает к 2030 году уменьшение выбросов СО2 на 7% за пределами ETS-сектора (по сравнению с 2005 годом), достижение 21% доли ВИЭ в энергетическом балансе страны и 23% доли энергоэффективности энергетической отрасли, сохранение до 60% электрогенерации с использованием угля в общем производстве электроэнергии.

 

В то же время, по состоянию на ноябрь 2019 года, польское правительство оценивает минимальные потребности в инвестициях на период с 2016 по 2040 год, необходимых для достижения вышеуказанных целей, в размере 451,682 миллиарда евро (из них 91,101 миллиард евро на нужды электроэнергетики) из расчета:

2021-2025 гг. – 100,251 миллиард евро (11,706 миллиардов евро в электроэнергетике)

2026-2030 гг. – 95,528 миллиардов евро (12,229 миллиардов евро в электроэнергетике)

2031-2035 гг. – 86,561 миллиардов евро (23,879 миллиардов евро в электроэнергетике)

2036-2040 гг. – 74,369 миллиардов евро (22,880 миллиардов евро в электроэнергетике).

 

По словам аналитика энергетической и климатической политики министерства инноваций и технологий Венгрии Отто Толди (Otto Toldi), венгерский NECP, согласованный с венгерской национальной энергетической стратегией, предполагает к 2030 году уменьшение выбросов СО2 на 7% за пределами ETS-сектора (по сравнению с 2005 годом), достижение 21% доли ВИЭ в энергетическом балансе страны и 27% доли энергоэффективности энергетической отрасли.

 

В рамках такой стратегии предусматривается снижение потребления природного газа с текущих 10 миллиардов кубометров до 8,7 миллиардов кубометров в 2030 году и 6,3 миллиардов кубометров в 2040 году с соответствующим убыванию объемов импорта природного газа до 70% в 2030 году и снижением зависимости от поставок российского газа (которая в настоящее время оценивается в 60%).

 

По состоянию на ноябрь 2019 года венгерское правительство оценивает минимальные потребности в инвестициях на период до 2030 года, необходимых для достижения вышеуказанных целей, в размере 103 миллиардов евро (из них 56 миллиардов евро на нужды энергетического сектора). В случае ежегодного направления до 3% венгерского ВВП на нужды модернизации экономики и промышленности, страна может достичь состояния «климатической нейтральности» до 2050 года.

 

В то же время, проблемным вопросом во взаимоотношениях Европейской комиссии и венгерского правительства в контексте общей энергетической политики ЕС является определение роли ядерной энергетики, которую венгерская сторона считает «чистой» (без выбросов СО2) формой электрической генерации и приравнивает к ВИЭ.

 

 

Представитель польской компании GAS-SYSTEM Славомир Серадзкий считает природный газ главным компонентом низкоуглеродистого энергетического баланса. Перспективным путем уменьшения выбросов СО2 представитель газового бизнеса считает, прежде всего, расширение применения природного газа для производства электроэнергии и тепла за счет отказа от угольной отрасли и уменьшение роли ВИЭ.

 

По данным Славомира Серадзкого, в регионе Центрально-Восточной Европы 57% электроэнергии производится за счет твердых видов топлива, в отличие от Северо-Западной Европы, где угольная отрасль является маргинальной (обеспечивает 5-7% электрогенерации), а безуглеродистая генерация атомной энергетики и ВИЭ дополняется низкоуглеродистой генерацией с использованием природного газа.

 

По словам менеджера GAS-SYSTEM, в течение следующих 10 лет внутренняя потребность Польши в природном газе может вырасти на 50%. Расширение применения природного газа для производства электроэнергии и тепла рассматривается в качестве главного стимула реформирования польской энергетики, отвечает потребностям регионального энергетического рынка и целям «Энергетического союза».

 

 

В свою очередь, представитель «Словацкой ассоциации нефти и газа» (Slovak Gas and Oil Association) Ян Клепач (Jan Klepac) убежден, что природный газ и газовая инфраструктура играют ключевую роль в процессе энергетической трансформации; газ является «партнером» ВИЭ. Ян Клепач считает, что Еврокомиссия должна предоставить финансовую поддержку развития технологий декарбонизации поставки природного газа, обязать совместное развитие электро- и газовых сетей, отдать предпочтение газификации в противовес утилизации отходов.