Влиятельным фактором дальнейшего развития ситуации в европейской газовой отрасли, который может определить ее среднесрочные перспективы, выступает позиция руководящих органов ЕС по поводу роли природного газа как переходного топлива в ходе декарбонизации экономики. Уже 14 декабря 2021 года ожидается принятие новой директивы ЕС относительно правил функционирования внутриевропейского газового рынка и условий доступа к газотранспортным сетям, которая, по имеющейся информации, будет отвечать интересам лоббистов и крупных игроков индустрии природного газа и позволит сохранить существующую бизнес-модель при условии определенного ее «озеленения» путем более широкого использования низкоуглеродистого водорода и возобновляемых газов (биогаза, биометана).
По данным международной организации IGU (International Gas Union) общемировое производство биогаза и биометана достигает 400 ТВт/ч, что составляет около 1% общей мировой добычи природного газа. Более половины этого производства сосредоточены в нескольких странах Европы и 25% в Китае.
Оценка потенциала промышленности биогаза свидетельствует о том, что его создание может возрасти в 20 раз и обеспечить замещение до 20% мирового спроса на природный газ. В то же время только 0,5% текущей добычи водорода поступает из низкоуглеродистых источников, что составляет до 0,03% мировой добычи природного газа. Таким образом, в контексте декарбонизации, потенциал индустрии возобновляемых газов, по мнению экспертов организации, значительно превосходит перспективы использования водорода.
По словам участников конференции, в дальнейшем возможен пересмотр соответствующих положений законодательного акта Sustainable finance taxonomy – Regulation (EU) 2020/852 в пользу сохранения роли природного газа как переходного топлива в ходе реализации стратегии EU Green Deal и обеспечения углеродной нейтральности ЕС до 2050 года. В случае достижения компромисса между Францией и новым правительством Германии, выступающим за сохранение роли природного газа как переходного топлива до 2045 года, возможно также включение в таксономию инвестиций ЕС в ядерную энергетику.
По словам уполномоченного правительства по вопросам энергетики, государственного секретаря министерства экономики СР К.Галека (Karol Galek), одного из лидеров либеральной политической партии Sloboda a Solidarita (“Свобода и Солидарность”, SaS), словацкая сторона заинтересована в включении в таксономию инвестиций ЕС, как природного газа, так и ядерной энергетики, являющейся основой словацкой энергосистемы (более подробно см. наш проект «ВЛИЯТЕЛЬНЫЕ ИГРОКИ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО РЫНКА СЛОВАКИИ. Фокус на производстве электроэнергии»).
По мнению представителя словацкого правительства, оптимальным для словацкой стороны является достижение целей декарбонизации, в частности прекращение использования ископаемых топлив в два этапа:
К.Галек связывает сроки реализации этих мер с прогнозируемым снижением потребления природного газа в ЕС со 197 миллиардов кубометров до 131 миллиардов кубометров (на 34%) в период 2015-2030 гг. и до 8 миллиардов кубометров (на 96% ) в 2050 году.
Ввиду того, что доля угольного топлива среди первичных источников энергии значительна и удовлетворяет не менее четвертой части общих энергетических потребностей, природный газ, замещая энергетический уголь, имеет наибольший потенциал к росту в энергетической смеси европейских стран.
Следует отметить, что представители всех стран-членов Вышеградской группы продолжают демонстрировать общую позицию относительно необходимости включения в таксономию инвестиций ЕС, как природного газа, так и ядерной энергетики. В частности, такую позицию высказали: министр инноваций и технологий Венгрии Л.Палкович (Láslzo Pálkovics), председатель правления и генеральный директор компании-оператора ГТС Венгрии FGSZ Zrt. С.Ференц (Szabolcs I. Ferencz), министр климата и окружающей среды Польши А.Москва (Anna Moskwa), государственный секретарь по вопросам промышленности и торговли Чехии М.Пиеха (Marian Piecha).
Анализируя состояние газового рынка ЦВЕ, участники мероприятия обращали внимание на то, что в среднесрочной перспективе прекращение транзита российского газа через территорию Украины не будет представлять угрозу энергетической безопасности региона, а может вызвать лишь логистические сложности обеспечения необходимой степени ликвидности регионального газового рынка. По словам экспертов, уменьшение значения Украины как главного транзитера российского природного газа может привести к росту транзитной роли стран Вышеградской группы вследствие переориентации топологии газотранспортных маршрутов в Европе по направлению Север-Юг и диверсификации источников поставки.
В период 2022-2023 годов возможен доступ участников газового рынка ЦВЕ: через ГТС Словакии, Польши и газопровод Baltic Pipe на рынок норвежского природного газа; выход на глобальный рынок СПГ через польский терминал Swinoujscie, хорватский терминал Krk (через газовый хаб CEGH в Баумгартене, Австрия), греческий терминал Alexandroupolis (через ГТС Венгрии, Сербии и Болгарии, интерконнектор IGB, ); потенциальный доступ к ресурсам проекта TANAP-TAP (азербайджанский газ).
Реализация такого сценария развития событий, даже при достижении необходимого уровня взаимосвязанности и успешного завершения сооружения интерконнекторов PL-SK, IGB, потребует дальнейшей либерализации газовых рынков стран региона ЦВЕ, прежде всего болгарского и сербского, внедрения действующей в Западной Европе целевой модели энергетических рынков, правилам и процедурам функционирования и биржевой торговли. Это может привести к росту цены на газ в регионе до уровня спотовых цен европейских газовых хабов и мировых цен на СПГ и потребует от правительств стран V4 (прежде Словакии и Венгрии) принятия политического решения по пересмотру политики субсидирования низких цен на газ для населения.
Расширение существующих соединений и появление новых маршрутов поставки газа в ЦВЕ изменяет транзитное значение отдельных стран. С открытием “Турецкого потока” и минимизацией экспорта российского газа по “Трансбалканскому газопроводу” роль Румынии в транзите уменьшилась, сокращается транзит газа из России через Венгрию. С другой стороны, важная роль Болгарии в региональной транспортировке газа, хотя в настоящее время и меньше, чем в предыдущие годы, сохраняется.
Изменение направлений и маршрутов газовых потоков также влияет на международное сотрудничество между странами более широкого региона Юго-Восточной Европы. Вместе с понижением объемов транзита может уменьшаться значение Украины, а роль Турции, Греции и Болгарии, по мнению экспертов, будет расти. В то же время, вместе с открытием доступа к “Трансбалканскому газопроводу”, в связи с завершением бронирования мощностей в интересах “Газпрома”, для новых поставщиков и источников, возникают новые варианты трансграничного сотрудничества, в частности возможность импорта газа Украиной через Балканы с территории Греции, в частности через СПГ-терминал Alexandroupolis с 2023 года.
На рынке природного газа происходят структурные изменения и нет перспективы возврата к низким ставкам, которые наблюдались в 2019-2020 гг. Резкий рост цен, по мнению эксперта, связан с растущей либерализацией европейского рынка, где в течение 2020 года около 80% поставок газа было реализовано по спотовым ценам.
В долгосрочной перспективе стабильно высокие цены на газ могут стать проблемой в тех странах ЕС, где природный газ должен играть ключевую роль в энергетическом переходе, прежде всего, после закрытия угольных отраслей. Эта ситуация будет препятствовать инвестициям в новую инфраструктуру и производство электроэнергии на газе, что уже усложнилось из-за более узкого доступа к финансированию ЕС. По мнению представителя газовой отрасли СР, высокие цены на газ могут привести не к ускорению работы над новыми технологиями декарбонизации, как надеется Еврокомиссия, а будут иметь обратный эффект и поставят под сомнение текущую энергетическую и климатическую политику ЕС. Более того, более привлекательным может стать использование ядерной энергии.
Среди главных долгосрочных вызовов (до 2045-2050 гг.) европейской газовой индустрии участники мероприятия отметили:
